Закон «О масс-медиа»: что изменилось для редакций

Разбор построен на сопоставлении текстов двух законов — действующего № 93-VIII и утратившего силу № 451-I. Все цитаты приведены дословно с указанием статьи; там, где норма менялась поправками 2025–2026 годов, стоит отдельное предупреждение.

Что за закон и что он отменил

Закон Республики Казахстан «О масс-медиа» № 93-VIII подписан 19 июня 2024 года, введён в действие 19 августа 2024-го. Статья 70 прямо признаёт утратившими силу два акта: закон «О средствах массовой информации» от 23 июля 1999 года и закон «О телерадиовещании» от 18 января 2012 года.

Слияние двух режимов регулирования в один — главная структурная особенность документа. Телерадиовещание заняло главы 6 и 7 (статьи 42–66), это почти половина объёма закона: субъекты вещания, национальный оператор, лицензирование, радиочастотный спектр, ретрансляция, все виды вещания. Плюс отдельная глава переходных положений о цифровом эфирном вещании.

Юрист Internews Ольга Диденко оценивала принятый документ как «компиляцию двух действующих законов», который «более чем на 80 % состоит из норм двух других законов». С точки зрения редакционной практики это означает: большинство привычных правил осталось, но несколько точечных изменений затрагивают работу ежедневно.

Три тезиса, которые текст не подтверждает

Вокруг закона закрепились формулировки, которые при сверке с первоисточником не выдерживают проверки. Разберём их первыми, чтобы дальше не возвращаться.

Срок постановки на учёт не сокращался

В законе 1999 года срок стоял прямо в тексте, статья 10 пункт 4:

«Заявление об учете или переучете периодического печатного издания или информационного агентства либо сетевого издания подлежит рассмотрению в течение десяти рабочих дней со дня поступления.»

В законе 2024 года срока в тексте нет вообще. Статья 22 пункт 2 передаёт вопрос на подзаконный уровень:

«Постановка на учет или переучет периодического печатного издания, интернет-издания и теле-, радиоканала осуществляются в порядке, определяемом уполномоченным органом.»

Фактический срок задан приказом и.о. Министра культуры и информации от 17 октября 2024 года № 488-НҚ и составляет те же десять рабочих дней: два дня на проверку полноты пакета, восемь — на рассмотрение по существу. Для иностранного теле-, радиоканала — пятнадцать календарных дней.

Изменился не срок, а его источник: с закона на приказ министра. Практическое следствие в том, что теперь срок можно поменять ведомственным актом, без прохождения парламента.

Пресс-карты в закон не вошли

Полнотекстовый поиск по действующей редакции закона № 93-VIII даёт ноль вхождений слова «пресс-карта». Институт присутствовал в законопроекте: предполагалось, что карты будет выдавать специальная комиссия. Против этой конструкции публично выступал фонд защиты свободы слова «Әділ сөз», и из принятого текста она исключена.

В законе есть другой инструмент — аккредитационная карта, которая выдаётся в рамках упрощённого порядка аккредитации через единую медиаплатформу. Это не то же самое: карта не даёт статуса журналиста и не является допуском в профессию, она лишь автоматизирует аккредитацию при конкретном органе.

Доля отечественного контента растёт двумя ступенями

Здесь встречается цифра 70 %, которая текстом не подтверждается. Закон 2012 года требовал «с 1 января 2018 года не менее пятидесяти процентов». Статья 50 закона 2024 года устанавливает шкалу: 55 % с 1 января 2025 года и 60 % с 1 января 2027 года.

Исковая давность: главное изменение для редакций

Это единственная норма закона, которая меняет положение редакции принципиально, а не процедурно.

В законе 1999 года срока исковой давности по искам к СМИ не было. Полнотекстовый поиск даёт ноль вхождений; статья 19 «Право на опровержение либо ответ» никаких сроков не устанавливала. Действовало общее правило Гражданского кодекса, статья 187:

«Исковая давность не распространяется: 1) на требования о защите нематериальных благ и личных неимущественных прав, кроме случаев, предусмотренных законами;»

То есть иск о защите чести, достоинства и деловой репутации можно было предъявить к публикации любой давности — хоть через пятнадцать лет.

Статья 38 пункт 1 закона 2024 года вводит ограничение:

«Срок исковой давности по требованиям, предъявляемым к средствам массовой информации в связи с нарушением прав, указанных в настоящей статье, составляет один год со дня опубликования таких сведений в средствах массовой информации.»

Юридическая механика тонкая: это ровно тот «случай, предусмотренный законами», который делает оговорку из статьи 187 ГК применимой. Норма введена напрямую отраслевым законом — сопутствующий закон № 94-VIII Гражданский кодекс в этой части не менял.

В законопроекте срок был трёхлетним. В принятом тексте — год.

Кто именно получает защиту

Здесь важная деталь, которая часто теряется: льгота работает только для средств массовой информации, стоящих на учёте. Юрист фонда «Әділ сөз» Сергей Уткин формулировал это прямо — это «очень хороший пряник, но только для официальных, вставших на учет СМИ». Незарегистрированный интернет-ресурс под норму не подпадает и остаётся в прежнем режиме бессрочной ответственности.

Спор о моменте начала течения срока

Норма уже породила правоприменительную коллизию. Поводом стал иск к газете «Время» спустя десять лет после публикации 2015 года: суд отклонил ходатайство о прекращении дела за истечением давности. Фонд «Әділ сөз» обратился в Верховный суд за нормативным постановлением, аргументируя, что нарушение права возникает не в момент публикации, а после предъявления досудебной претензии — и, значит, применимость годичного срока зависит от того, поступила ли претензия до или после 20 августа 2024 года.

До разъяснения Верховного суда вопрос открыт. Редакциям стоит исходить из того, что по публикациям до августа 2024 года защита может не сработать.

Запросы редакций: что стало быстрее, а что хуже

Сокращение с семи до пяти дней — реальное улучшение, подтверждённое и профильными юристами.

Рядом с ним есть менее заметное ухудшение. В законе 1999 года отказ в предоставлении информации обжаловался «в вышестоящий орган, должностному лицу, в суд» (ст. 18 п. 6). В статье 35 пункте 6 закона 2024 года слова «в суд» из нормы исключены. Право на судебное обжалование при этом сохраняется по общим правилам процессуального законодательства, но прямого указания в отраслевом законе больше нет.

Аккредитация: судебный фильтр появился, диспозитивность исчезла

Норма об основаниях лишения аккредитации изменилась дважды, причём в разные стороны.

Было (ст. 22 п. 4 закона 1999):

«Журналист может быть лишен аккредитации, если им нарушены правила аккредитации либо за распространение не соответствующих действительности сведений, порочащих деловую репутацию аккредитовавших его государственных органов…»

Стало (ст. 28 п. 4 закона 2024):

«Журналист лишается аккредитации, если им нарушены правила аккредитации либо за распространение не соответствующих действительности сведений, порочащих деловую репутацию аккредитующих его государственных органов и (или) организаций, если это признано вступившим в законную силу решением суда.»

Требование судебного решения — существенная защита: раньше орган мог лишить аккредитации самостоятельно, оценив публикацию как порочащую. Одновременно «может быть лишён» заменено на «лишается»: у органа больше нет усмотрения не применять санкцию при наличии решения суда.

Сроки аккредитации в самом законе не установлены — они в Типовых правилах, утверждённых приказом от 20 августа 2024 года № 367-НҚ: постоянная аккредитация предоставляется на один год, лишение постоянной аккредитации — на шесть месяцев. Среди оснований отказа — отсутствие издания в реестре поставленных на учёт СМИ.

Интернет: новая терминология и новые последствия

Здесь распространено заблуждение, будто регулирование интернет-изданий появилось в 2024 году. Институт сетевого издания существовал в законе 1999 года — он был внесён поправками 2009-го, статья 1 подпункт 8-1, и учёт для него был добровольным.

Что действительно изменилось:

Термин переименован, информагентство поглощено. Статья 19 определяет интернет-издание как интернет-ресурс, «в том числе информационное агентство», прошедший постановку на учёт. Информагентство стало подвидом интернет-издания. Это понижение статуса: в законе 1999 года оно было самостоятельным видом СМИ с обязательным учётом.

Введено родовое понятие «масс-медиа» — статья 1 пункт 20: «средство массовой информации и интернет-ресурс». Оно покрывает и незарегистрированные ресурсы, что и объясняет название закона. Практический смысл сформулировал Сергей Уткин: «Вся ответственность прописана для масс-медиа. Наказание будет одинаковое как для журналиста, так и для блогера».

Учёт для интернет-ресурсов остался добровольным. Обязательная постановка на учёт по статье 22 пункту 1 распространяется только на периодические печатные издания и теле-, радиоканалы.

Появилось последствие для доменного имени. Статья 23 пункт 7 предусматривает, что решение суда о прекращении выпуска масс-медиа, когда оно является интернет-ресурсом, влечёт отмену регистрации доменного имени и запрет использовать в течение года домен с тем же или дублирующим именем. Прямого аналога в законе 1999 года не было.

⚠️ Статья 23 изменялась законом № 248-VIII от 30 декабря 2025 года — при практическом применении сверяйте с актуальной редакцией.

Порог освобождения печати от учёта поднят со ста экземпляров до пятисот, но с новым ограничительным условием: «распространяемых в пределах одной организации и направленных на освещение его деятельности».

Срок начала выпуска ужесточён радикально. Было — «сохраняют за собой право приступить к распространению… в течение шести месяцев». Стало (ст. 22 п. 7) — «должны приступить к распространению… в течение десяти рабочих дней со дня получения свидетельства». Изменилась и модальность: право превратилось в обязанность.

Что появилось впервые

Гранты для негосударственных СМИ — глава 4, статья 33. Института с таким названием в законе 1999 года не было: слово «грант» не встречается там ни разу. Вводился в действие с 1 января 2025 года.

Ключевые параметры: краткосрочные гранты — до одного года, долгосрочные — от одного до трёх лет, распределение через конкурсный отбор. Исключительное авторское право на произведённую продукцию остаётся у самого СМИ. Не менее двух третей общего годового объёма грантов направляется на контент на государственном языке.

Логика реформы читается из связки с госинформзаказом: республиканский ГИЗ размещается в государственных СМИ, а негосударственные получают доступ к грантам по конкурсу.

Особый статус журналиста — статья 26 пункт 1: «Настоящим Законом признается особый статус журналиста, обеспечивающий условия для осуществления им профессиональной деятельности».

Правовые гарантии профессиональной деятельности — статья 27. Обязанность собственника обеспечить журналиста оборудованием и обмундированием при работе в условиях высокого риска и возместить вред жизни и здоровью. Аналога в законе 1999 года нет.

Саморегулирование — статья 41, общественно-профессиональные советы. Слово «саморегулирование» в прежнем законе отсутствовало.

Кибербуллинг в отношении ребёнка — статья 40, заявление рассматривается экспертной группой в течение трёх рабочих дней.

Деление на государственные и негосударственные СМИ с порогом в 50 % голосующих акций — прежде такого деления в законе не было.

Что исчезло

• Статья 13-1 «Фонд» — институт отраслевого фонда, занимавшегося обучением журналистов, форумами, участием в формировании учебных программ факультетов журналистики и исследованиями. В законе 2024 года аналога нет.
• Статья 8 «Информационное агентство» как самостоятельный вид СМИ — упразднена.
• Реестры в компетенции уполномоченного органа. В законе 1999 года их было прямо перечислено три (статья 4-3). В статье 7 закона 2024 года не названо ни одного; единственный прямо упомянутый реестр — реестр МИД по иностранным СМИ.
• Прямое указание на судебное обжалование отказа в информации.

Иностранные СМИ и участие в капитале

Ограничение доли иностранного участия — 20 %, и оно не менялось. Формулировки статьи 5 пункта 2 закона 1999 года и статьи 15 пункта 2 закона 2024 года практически дословно совпадают; правки носят уточняющий характер.

Новое — в статье 30: прямой запрет заниматься профессиональной журналистской деятельностью иностранным СМИ и журналистам без аккредитации, а также широкие полномочия Министерства иностранных дел, которое проводит аккредитацию, ведёт реестр, вправе отказывать в аккредитации, приостанавливать и отзывать её в порядке, определяемом им самим.

Требования к вещанию

Для теле- и радиоканалов при слиянии двух законов изменились три параметра:

Отдельная новая норма — статья 59: в залах ожидания зданий государственных органов и организаций для публичного показа распространяются исключительно отечественные теле-, радиоканалы.

Чек-лист: что проверить редакции

1. Публикации до 20 августа 2024 года — годичная давность к ним может не применяться, вопрос на рассмотрении Верховного суда.
2. Статус издания. Защита годичным сроком давности работает только для СМИ, стоящих на учёте. Если ресурс не зарегистрирован — режим ответственности прежний.
3. Свидетельство получено — выпуск в течение десяти рабочих дней. Прежние шесть месяцев больше не действуют.
4. Запросы. Ответ должен прийти за пять рабочих дней, по разъяснению официальных сообщений — за два.
5. Аккредитация. За порочащие сведения лишить её можно только по вступившему в силу решению суда; за нарушение правил аккредитации суд не нужен (ст. 28 п. 4). Постоянная аккредитация — на год.
6. Гранты. Для негосударственных СМИ это отдельный конкурсный канал, авторские права остаются у редакции.
7. Иностранное участие — потолок 20 %, не изменился.

Материал носит справочный характер и не является юридической консультацией.

Состояние текста. Закон принят 19 июня 2024 года, первое официальное опубликование — 20 июня 2024-го, введён в действие 19 августа 2024-го. На момент подготовки материала документ имеет восемь редакций, последняя — от 12 июля 2026 года. Изменениям подвергались статьи 2, 14, 23, 25 и 67; остальные процитированные статьи действуют в первоначальной редакции 2024 года. Перед практическим применением сверяйтесь с актуальной редакцией на adilet.zan.kz.

Заметили неточность — напишите нам.